Эгилс Левитс
Valsts prezidenta Egila Levita runa Blockchain Pasaules kongresā Spānijā

Уважаемые присутствующие!

Спасибо за приглашение принять участие в этом конгрессе! «Блокчейн» — это часть технического цифрового прогресса, и я хочу сказать несколько слов о связи между демократией и цифровыми технологиями.

Не так давно в прошлом – 25 лет назад –, если кто-то хотел составить собственное мнение о теме, будь то международные отношения или наука, внутренняя политика, экономика или любая другая тема, всё было просто. В зависимости от темы и страны, которыми вы интересовались, в вашем распоряжении были авторитетные газеты и авторитетные журналисты, которые формировали общественное мнение. Поэтому было совсем несложно быстро получить точное представление о даже самых сложных вопросах или, по крайней мере, иметь ощущение хорошего понимания.

По таким принципам была организована общественная жизнь и формировалось общественное мнение, которое в основном определило позицию государства, однако зачастую и мнение международного общества. Иногда на конкретные события одновременно реагировало более широкое международное общество.

Тем не менее, я поделиться своими личными выводами о том, как в цифровую эпоху меняется процесс формирования общественного мнения.

Почему я упоминаю общественное мнение и цифровые технологии? Потому что демократия основывается на мнении граждан и общественном мнении в стране. Также и на мнении европейского и мирового общества. Демократия основывается на общественном мнении, и, как вы знаете, цифровые технологии оказывают особое воздействие, и мы должны анализировать это особое воздействие – то, как цифровые технологии влияют на общественную мысль, что означает, что технологии влияют на демократию и демократически принятые решения.

Как я уже говорил, несколько десятилетий назад по традиции существовали хорошо зарекомендовавшие себя лидеры мнений и несколько посредников. В прессе наблюдалась определенная иерархия среди журналистов, более или менее основанная на критерии качества. Эти авторитетные лидеры общественного мнения влияли на политическую повестку дня в своей стране, так или иначе определяя, что должно считаться обществом важным. Обязанность журналистов, если я могу так упрощенно выразиться, задача журналистов – качественных средств массовой информации – создать иерархию важных для общества вопросов, в рамках которой дальше работают демократические институты.

Сделанная правильно и последовательно, нередко эта работа приводила к принятию законодательными органами политических решений и законопроектов. Представляя проблему в различных аспектах, у прессы была своего рода фильтрующая роль.

В настоящее время политическая повестка дня формируется по-другому. Участники процесса не изменились, однако наблюдаются некоторые новые признаки. Благодаря социальным сетям каждый имеет возможность сам принимать участие в определении политической повестки дня. Это больше не происходит согласно общепринятому алгоритму – некоторые вопросы выходят на передний план невероятно быстро. Влияние на политическую повестку дня стало проще, поскольку намного легче повлиять на мнение отдельных лиц.

Это в большой степени также характеризует то, как сегодняшняя ситуация отличается от положения 25 лет назад. Здесь также наблюдаются последствия того, как общество использует цифровые технологии, и, конечно, вы собрались здесь, чтобы технически решать технические вопросы и другие технические аспекты, однако также общество должно осознавать эти последствия и искать политические и правовые решения для устранения этих последствий.

Социальные медиа, такие как Facebook, основаны на количестве их аффилированных клиентов и тщательном анализе всей имеющейся информации о каждом из них. Существует индивидуализация реакции людей, которая может быть точным инструментом влияния на их поведение. Этот феномен непрерывного изучения поведения людей в настоящее время является обычной практикой и видом постоянного наблюдения. Он основан на простом принципе.

Скажем, у нас есть стимул (S1), который всегда вызывает данную реакцию (R1). Единственное что нужно сделать - это найти характерные черты, отражающие личные предпочтения этого человека. Чем точнее, тем более высока степень персонифицированности. Давайте вспомним, как Cambridge Analytica смогла использовать этот тип информации о неопределившихся избирателях в колеблющихся штатах во время последних президентских выборов в США. Вероятно, это имело решающее значение на конечные результаты этих выборов.

Перед тем как рассмотреть следующий аспект, я хотел бы упомянуть известный случай, произошедший около ста лет назад. У старого Рокфеллера было хрупкое здоровье. Чтобы не расстраивать его при чтении новостей, ему читали специальное издание «Нью-Йорк таймс» - отдельное издание, состоящее исключительно из хороших новостей. Так он и не узнал из газет, что, например, уже началась Первая мировая война.

Это естественное поведение человека - искать информацию, отвечающую своим интересам. Жить в "информационном пузыре". Тридцать лет назад или раньше было совершенно ясно, какие издания поддерживают левые и какие правые взгляды. Каждый читатель выбирал собственный источник информации в соответствии со своими вкусами и мнениями. И все же в те дни это не носило тайного характера. Люди знали о возможных тенденциозных аспектах прессы.

В наше время это изменилось. Чтобы выполнить поиск в Google, нужно принять нечеткие критерии представления информации. Последовательность появления ссылок зависит от аспектов, неизвестных потребителю. Это тенденциозно - предвзято - без возможности определить почему.

Предвзятость может появиться по неожиданным причинам. Например, простым и очень обычным объяснением является тот факт, что кто-то заплатил за информацию, которая будет размещена в верхней части списка, когда набираются определенные ключевые слова. Эти предвзятые мнения не лишены риска для потребителей или даже для общества. Это отражение западной системы капитализма - рынок таким образом может явно вмешиваться в политику.

Именно в этом недостатке упрекали создателей ведущих социальных сетей. Facebook, к примеру, определяет критерии того, что можно или нельзя разрешить. Когда речь идет об изображениях обнаженной натуры, принципы FB имеют крайне пуританских характер. В свою очередь радикальные политические страницы и аккаунты с ненавистническими высказываниями не встречают столь жесткой оппозиции.

В любом случае, общение в социальных сетях, как и любое общение, по сути является намерением получить какое-то влияние. Разговор любых людей основан на идее, что я хочу повлиять на кого-то, высказав свое мнение. И я тоже сейчас пытаюсь делать то же самое. Что касается социальных медиа, мое личное влияние сильно растворяется среди сотен других влияний, которые, в свою очередь, могут быть точно рассчитаны на конкретных людей. Со временем становится все труднее избегать этого и легче попасть под влияние.

Этот незаметный и непрерывный сдвиг восприятия медленно создает искаженное восприятие мира - в немецком языке Weltanschauung - все несомненные в прошлом факты могут исчезнуть в путанице приблизительных взглядов или даже извращенных интерпретаций функционирования мира. В конечном итоге, если пропадает ясность о ходе политических процессов, и всем манипулируют, мы можем опасаться ослабления демократии.

В этом смысле использование технологий может пойти еще дальше. Миллиарды были вложены в развитие искусственного интеллекта и, особенно, в систему распознавания лиц в общественных местах. Каждый может быть под постоянным наблюдением. Поведение граждан тщательно изучается и оценивается, и это происходит в широком масштабе. Например, технически можно создать систему классификации населения. Некоторые авторитарные государства такую уже создали или хотят создать, чтобы поощрять соответствующее стандартам поведение. Негативные последствия наступят в том случае, если человек поступит нетипично – вопреки стандартам общества. Об этом мечтает любой авторитарный режим – уравнять людей по одному стандарту, искоренить индивидуальность, которая может быть опасной или отличаться от общего стандарта.

Некоторые пишущие на эту тему авторы говорят о «наблюдательном капитализме». Каждый гражданин должен быть учтен, а затем оценен. Граждане делятся на категории. Это вызов внутренней свободе гражданина. Вспомним об американской мечте - свобода дает возможность реализовать свои мечты. Чем больше вы делаете, тем больше достигаете. В условиях непрерывного наблюдения индивидуум должен приспосабливаться к усредненным стандартам, он подвергается непрерывному контролю. Это классическая обусловленность поведения - вы получаете вознаграждение, если ведете себя хорошо, в противном случае вы подвергаетесь наказанию.

Это может повлиять на развитие общества. Прорыв обычно происходит, когда кто-то действует по-другому, чем большинство в обществе. Инициаторами изменений всегда являются небольшие группы людей. И в этом сейчас состоит вопрос – используются ли социальных медиа, особенно непрерывное наблюдение, чтобы сформировать стандартизированное общество, и каким-то определенным образом повлиять на развитие общества.

Уважаемые дамы и господа!

На этом и подобных конгрессах мы задаем вопрос: «Что можно сделать с цифровыми технологиями?» Но, по-моему, мы должны расширить этот вопрос: «Что должны уметь делать цифровые технологии и что они могут сделать?» Это вопрос технического свойства, и вы специалисты по этим вопросам. Вы обсуждаете это, но у вопроса о том, что должны делать цифровые технологии, есть политические и юридические аспекты. И не только специалисты ИТ-сферы, но и все общество в целом, демократические политические силы должны решать, говорить, обсуждать то, что должны делать цифровые технологии. Я думаю в результате перемен, о которых я упомянул, внимание политиков и общества будет уделено этому вопросу, и в ближайшие годы начнется дискуссия по этим вопросам. Например, об искусственном интеллекте. Нет сомнений, что внедрение искусственного интеллекта, например, в сферу медицины приемлемо, если искусственный интеллект может способствовать тому, что раковые заболевания обнаруживаются уже на раннем этапе. Однако будет ли нам приемлемо и всеобъемлющее использование компьютерной программы распознавания лиц в любом месте? Будет ли нам приемлемо, что отслеживается наше передвижение, местонахождение? Я считаю, что это вопрос политического, юридического и этического характера.

Говоря о цифровых технологиях, думаю, что все согласятся, что они меняют мир. Однако и общество должно быть готовым к подобным переменам и способно оценить, являются ли приемлемыми, например, уже упомянутые мной система распознавание лиц и всеобъемлющее наблюдение. Я смотрю на эти вопросы с позиции юриста, потому что я юрист, и правовая наука должна искать новые способы решений вопросов, связанных с технологиями, поскольку как и техническая наука, правовая система должна быть создана таким образом, чтобы она не потеряла свою роль и способность решать актуальные для общества вопросы. Например, на юридических конференциях этот новый аспект уже обсуждается. Как я уже отметил, один из методов создания больших данных – непрерывное наблюдение за поведением людей, с помощью чего создается портрет каждого человека, чтобы на его основе повлиять на действия конкретного человека. Мы должны вести обсуждение, используя и юридические понятия о том, не следует ли уточнить понятие права на неприкосновенность личной жизни, чтобы отделить права двух видов – право наблюдать за другими лицами, а также право, чтобы за тобой не наблюдали с помощью интернета. Насколько я знаю, в юридических кругах ведутся дискуссии по этим вопросам. Кроме того, мы можем видеть, что политика, особенно правовые акты, совершенствуется и дополняются, чтобы не отстать от тенденций развития технологий.

Принимая во внимание, что мы собрались на конференции, посвященной технологии блокчейн, в заключение хочу упомянуть одно событие в юридической сфере или, я бы даже сказал, совершенно небывалое юридическое нововведение – принятый в Лихтенштейне Закон о блокчейне, который является важным шагом вперед в развитии теории. Новый подход юридической системы, подобный новым методам в цифровой технологиях или технической области в целом и регламентирующий действие технологии блокчейн, которое ранее не контролировалось нормативами. Практические аспекты использования технологии блокчейн не могут быть определены на основе существующей традиционной правовой системы. Это очень интересное юридическое нововведение, и, насколько мне известно, другие страны тоже готовятся принять такие законы. Лихтенштейн – совсем небольшая страна, но это государство, входящее в Европейскую экономическую зону, и правовая система Лихтенштейна, а также новопринятый закон о блокчейне будет иметь определенное влияние. Он не оставит без последствий – я говорю о положительных последствиях – правовую систему Европейского союза, особенно в отношении того, как другие страны-участницы Европейского союза будут действовать. Это побудит и другие страны принять законы, регламентирующие деятельность блокчейнов. От дальнейшего обсуждения этой очень интересной правовой системы я воздержусь.

Я хочу закончить выступление следующим заявлением – технический прогресс цифровых технологий принял крайне быстрый темп и привел нас к ситуации, когда нужно постараться, чтобы политика и правовая система совершенствовались по меньшей мере так же быстро, для того, чтобы можно было понять последние технические изобретения так, как это желает общество.

Большое спасибо!

14.11.2019. Valsts prezidents Egils Levits piedalās Blockchain Pasaules kongresā Spānijā, kas veltīts tēmai “Konverģence”